Выпускники 30ки Выпускники 30ки

Дорога длинною в 100 лет. (Короткевич В.И.)

от первого в Петербурге многоклассного начального училища до одной из популярнейших в городе гимназий

Из сборника статей на 100-летие 30ки

В. И. Короткевич, преподаватель истории ФМГ № 30

Главным историческим фактом, давшим начало нынешней 30-й физико-математической гимназии на Васильевском острове, было открытие 6 (18) октября 1897 года в доме №31 по Среднему проспекту первого городского 12-классного начального училища имени Екатерины II на 600 человек. Это было весьма значимое событие в истории города, позволившее решить сразу несколько проблем, существовавших в деле начального образования.До 1877 года народного начального образования в Петербурге почти совсем не было. Ничтожное число начальных училищ (16 с 362 учащимися), которые принадлежали не городу, а Министерству народного просвещения и находились в плачевном состоянии, далеко не соответствовало потребности петербургского населения в начальном образовании. В 1877 году по инициативе Городской думы все дело начального образования в столице перешло из рук министерства в ведение города. Городской думой была избрана Комиссия по народному образованию, которая и будет ведать вплоть до 1917 года начальным образованием в Петербурге. Число училищ стало быстро расти, и к концу первого десятилетия существования Комиссии в Петербурге вместо 16 было уже 230 училищ с 11036 учащимися. Однако и такой темп развития начальной школьной сети оказался недостаточным. Комиссии приходилось ежегодно отказывать в приеме значительному числу детей. Так, в 1897 году было не принято в начальные училища из-за недостатка мест около 1000 детей.

Но у начальной школы были и другие проблемы. До 1895 года каждое начальное училище представляло собой по сути один большой класс на 50 уча-щихся, помещавшийся в отдельной наемной квартире. В этом помещении отводилась также и квартира для учителя, который преподавал одновременно разные предметы ученикам 3-х отделений, соответственно трехлетнему курсу начальной школы; необходимо отметить и ту особенность начальной школы того времени, что обучение было раздельным: одни школы — для мальчиков, другие — для девочек. Такой тип школы был невыгоден с экономической точки зрения и представлял значительные неудобства в педагогическом отношении, заставлял учителей разделять свое внимание между тремя группами учеников и, таким образом, вести одновременно три различных урока.

С 1895 года Комиссия по народному образованию начала соединять по нескольку школ в одном помещении, устраивая так называемые многоклассные училища. Для этой цели она стала снимать большие квартиры, помещая в них от трех до восьми школ, или, по терминологии Комиссии, «классов». В этом случае преподаватель одного из «классов» назначался заведующим помещением и школьным имуществом и за это получал, кроме жалования (в размере 720 рублей в год), квартиру в том же училище. Преподаватели остальных классов являлись приходящими и получали взамен квартиры квартирные деньги (180 рублей в год).

Так в городе началось укрупнение начальных школ. Однако подыскать в Петербурге подходящие квартиры для «многоклассных училищ» было делом нелёгким, и Комиссии приходилось часто мириться со значительными недостатками снимаемых квартир. С каждым годом росли и цены на квартиры в столице. С экономической точки зрения городу было более выгодно строить собственные здания училищных домов. Подобный тип начальных училищ уже существовал в Германии, Франции, Австрии, Швеции. В Российской империи первый училищный дом был построен в Риге в 1885 году.

Инициатива строительства в Петербурге первого многоклассного училищного дома, в котором были как классы мальчиков, так и классы девочек, принадлежала Михаилу Матвеевичу Стасюлевичу, видному историку, издателю, общественному деятелю, председателю Комиссии по народному образованию с 1890 года. Однако у Стасюлевича нашлось немало противников, и ему пришлось вести упорную борьбу с защитниками старого типа начальной школы. Один из них, бывший директор одного из народных училищ Петербургской губернии г. Латышев, так высказывался во время постройки Василеостровского училищного дома о новом типе начальных школ": «... хотят устроить столь вредное в воспитательном отношении массовое скопление учащихся...». Самым серьезным из всех возражений было указание на «великую опасность многоклассного училища как очага заразных заболеваний». Но проект Стасюлевича был поддержан Городской думой. Ознакомился с проектом и одобрил его как «практичный» сам император Николай II.

Ответственным архитектором училищного дома был избран член Комиссии А.Р.Гешвенд. Работы начались без промедления 24 мая 1896 года и были закончены в сентябре следующего года — рекордные по тем временам сроки. 6(18) октября 1897 года училище уже было открыто для приема детей. Торжественное же открытие, с освящением домовой церкви, состоялось 9 ноября. В память об императрице Екатерине II, 100-летняя годовщина кончины которой отмечалась в 1896 году, училище было названо ее именем.

Дом был построен в четыре этажа; в нем были устроены комнаты для 12 классов (на 40, 50 и 60 учащихся), большая рекреационная зала с двусторонним светом и венецианскими окнами, церковь с раздвижной перегородкой, соединяющей церковь с запасным классом, врачебный кабинет, библиотека и приемная, учительская комната, наконец две квартиры — для заведующего и его помощника. Строительная комиссия и архитектор при постройке дома старались удовлетворить всем строгим требования школьной гигиены: во всех классных помещениях на окнах были установлены термометры, а также на особых кронштейнах поставлены увлажнительные сосуды для поддержания влажности воздуха; все углы в классах и коридорах для большей свободы движения воздуха были закруглены; для лишения детей возможности скатываться по перилам лестниц на них были укреплены железные кольца. В коридорном окне второго этажа, выходящем на 7-ю линию, находились часы с циферблатом в 1 аршин диаметром и сильным боем.

При открытии училища в него вошли пять прежних училищ-одиночек, у которых закончился пятилетний контрактный срок с домовладельцами, и сверх того было открыто 7 новых «классов». Таким образом, училище имело первый выпуск уже в следующем 1898 году (76 детей обоего пола). Первый же выпуск «собственных» детей (200 человек), т.е. проучившихся в школе полный срок, состоялся в 1900 году.

Кроме общих предметов, входящих в курс начальной школы (закон божий, церковно-славянская грамота, русский язык, чистописание, арифметика), в новом училище преподавались также пение, рисование и рукоделие, а с 1905 года введено было обучение гимнастике и подвижным играм. Учебный день длился с 9 до 14. Началу занятий предшествовала утренняя молитва в рекреационной зале. Продолжительность уроков составляла 50 минут, а перемен 10 минут. Между третьим и четвертым уроками давался часовой отдых: от 12 до 13 часов. По окончании четвертого урока — молитва по классам.

Знания в училище давались основательные, и как ни строго потом спрашивали на экзаменах, на которых часто присутствовал попечитель училища М.М.Стасюлевич, а также эксперт городской училищной комиссии В.А.Семека, большинство экзаменуемых с честью выдерживали испытания и получали удостоверения об окончании курса начального обучения. Недаром постановка учебного процесса в Василеостровском 12-классном училище была удостоена золотой медали на Всемирной выставке в Париже в 1899 году.

Помимо чисто учебной части, уделялось в училище внимание и физическому состоянию учащихся. Ежегодно школьный врач на осеннем приеме осматривал детей. В случае заболевания необходимая помощь либо оказывалась немедленно, либо больных направляли в больницу или к думским врачам. Кроме того, были организованы зубоврачебная помощь и осмотры врачей-окулистов.

Дети наиболее истощенные, физически слабые в период летних каникул направлялись по ходатайству классных наставников в летние санаторные школьные колонии. Разумеется, такая помощь, организованная за счет добровольных пожертвований и тех небольших средств, которые выделяла Городская дума, не могла быть всеобъемлющей. В среднем лишь 5% нуждающихся детей проводили лето в санаторных колониях. Такие колонии размещались в деревне Гобжицы Лужского уезда, в имении Медное Шлиссельбургского уезда, пожертвованном городским школам вдовой известного литератора и общественного деятеля Н.А.Лейкина, в Старой Руссе и нескольких частных имениях, расположенных по берегам Невы.

Уже первые годы существования школы нового типа показали, что возражения ее противников, опасавшихся превращения школы в очаг распространения заразных заболеваний, оказались неосновательными. За первые пять лет школа ни разу не была закрыта из-за болезни учащихся, и лишь всего два раза прекращались занятия в отдельном классе, да и то не более чем на два дня.

В 1900 году при Василеостровском училище по инициативе его попечителя М.М.Стасюлевича на деньги, собранные по подписке между настоящими и бывшими членами Комиссии по народному образованию, была открыта первая в Петербурге школьная столовая. Обед состоял из двух горячих блюд (супа и каши) и киселя и стоил 5 копеек. Хлеба давалось вволю. Дети беднейших родителей получали такой обед бесплатно.

Несмотря на популярность новой школы в городе (ведь до открытия в 1901 году второго училищного дома на Греческом проспекте она была единственной), основную массу учащихся составляли дети городской бедноты, проживающей на участке Васильевского острова, ограниченном 1-й и 18-й линиями, Большим и Малым проспектами. Это объяснялось прежде всего тем, что не каждый учащийся мог позволить себе шесть раз в неделю ездить на конке (трамваи пустили по Среднему проспекту лишь в 1914 году), если плата за проезд составляла 5-15 копеек, а средний ежемесячный заработок родителей 40-50 рублей. Но часть детей все же добиралась до школы издалека. М.М.Стасюлевич, подводя итог 5-летней деятельности училища, писал в «Кратком обзоре...»: «О привязанности детей к этой школе, которая их не только обучала, но иных еще и обувала, затем многих кормила, можно судить по отдельным, иногда глубоко трогательным примерам: случается родителям переезжать с Васильевского острова иногда весьма далеко, но дети продолжают не ходить уже, а можно сказать бегать на Остров с Забалканского проспекта, набережной реки Пряжки, 8-й улицы Песков, села Смоленского, Старой Деревни». Городская дума оказывала помощь таким учащимся, раздавая бесплатные билеты на конки.

В первые годы обучение в училище было платным. Родители (как правило, рабочие) платили за своих детей по 2 рубля в год. Но в 1903 году Городская дума в ознаменование 200-летия Санкт-Петербурга отменила плату за обучение в городских начальных училищах.

Практика первых лет существования училища показала преимущества нового типа начальных училищ, и Василеостровская школа на Среднем проспекте продолжала развиваться, постепенно расширяя круг своей деятельности. 4 октября 1902 года несколько учительниц открыли по соседству с училищем «Убежище» — помещение для тех детей, которых после окончания учебного дня дома никто не ждал, так как родители их были на работе и возвращались поздно, либо условия жизни детей были таковы, что дома они не имели возможности взять книжку в руки. В «Убежище» дети оставались под надзором до 7 часов вечера, причем вторично получали горячую пищу.

Училище старалось принять участие и в дальнейшей судьбе своих выпускников. А проблема заключалась в том, что из-за небольшого количества в городе 4-классных училищ (следующая ступень после начального 3-летнего обучения) не все дети, окончившие начальный курс, могли в них поступить и многие в возрасте 12-13 лет оказывались на улице. 5 октября 1902 года с разрешения Городского училищного совета в помещении Василеостровского училища были открыты дополнительные классы, куда принимались дети, получившие отказы в приеме в 4-классные училища. Этих детей собирали в учебном здании после трех часов дня для вечерних занятий под руководством особых учителей.

О педагогическом коллективе первых лет существования школы сохранились лишь отрывочные сведения. Известно, что в год открытия училища первым его заведующим был Александр Петрович Коренев, учитель с 25-летним педагогическим стажем, до этого работавший в Покровском, Воздвиженском, Владимирском мужских приходских училищах. В 1899 году заведующей была назначена Анна Васильевна Коренева, супруга Александра Петровича. После назначения А.В.Кореневой в 1905 заведующей 7-м женским 4-классным училищем (Средний пр., 27) школу возглавила Антонина Михайловна Манакина. Дочь генерала, выпускница Бестужевских курсов, учительница весьма строгая, с низким и очень громким голосом, которого дети побаивались. Анна Михайловна оставалась на этом посту до 1918 года — до преобразования Василеостровского 12-классного училища в единую трудовую школу.

Мужчин среди педагогов Василеостровского училища было очень мало. Надо сказать, что такое положение дел было характерно для всей дореволюционной начальной школы. Так, на 1 января 1906 года в начальных школах Петербурга работали 663 учительницы, учителей же мужчин только 13.

Другая особенность педколлектива тех лет. Поступая на работу в начальные школы, учительницы давали подписку, обязуясь не выходить замуж. Этот пункт «Правил о назначении учащих» действовал до 1913 года. По этим же «Правилам...» в начальные школы принимались только незамужние женщины и бездетные вдовы. Исключения были немногочисленны, главным образом в отношении заведующих. Были случаи, когда обязательство нарушалось; но если даже замужество или материнство удавалось скрыть, в семейной жизни таких учительниц возникали трудности. В те годы в учительской среде просто принято было отдавать себя всецело школе, пусть даже ценой отказа от личной жизни.

Почти все «учащие» начальной школы имели высшее образование (Высшие Бестужевские курсы, Женский педагогический институт и др.). Материальное положение их было весьма скромным, хотя и получали они более высокую зарплату, нежели учителя других городов Российской империи. Годовой оклад составлял 600 рублей. На наем прислуги отпускалось 120 рублей в год, в таком же размере выплачивались квартирные, да к празднику Рождества Христова давалось 50 рублей наградных. Отслужив 25 лет в школе, учителя получали право на полную пенсию — 390 рублей в год.

В фондах училища в Петербургском государственном историческом архиве сохранился список лиц, пожелавших принять участие в расходах по возложению венка на могилу В.А.Жуковского по случаю 50-летия со дня его смерти, которое отмечалось 12 апреля 1902 года. В списке из 15 человек, сдавших по 20 копеек, лишь несколько фамилий написаны разборчиво: А.Коренева, А.Флоровский, Н.Афанасьев, В.Межинская, М.Семека, Е.Орлов, А.Забека, Н.Третилова, А.Манакина, Е.Автомонова.

Из различных источников удалось собрать немногочисленные сведения о некоторых из перечисленных учителей. Александр Иванович Флоровский, помимо Василеостровского 12-классного училища, в 1902 году работал одновременно еще в 6-й мужской гимназии и Городском сиротском доме; в 1918 году он оставил школу, отказавшись сотрудничать с новой властью. Николай Васильевич Афанасьев, выпускник Петербургского учительского института, до этого преподававший в Петербургском археологическом институте и Выборгском городском училище (В.О., 14-я линия, д.39), в списках учителей школы после 1902 года не упоминается. Преподаватель Мария Владимировна Семека была дочерью известного в городе педагога, инспектора петербургских народных училищ, а также члена Ученого комитета Министерства народного просвещения Владимира Александровича Семеки; в списках учителей школы Мария Владимировна упоминается до 1916 года.

Вера Рудольфовна Менжинская была старшей дочерью статского советника Менжинского Рудольфа Игнатьевича, профессора истории Римско-католической духовной академии. Все дети Рудольфа Игнатьевича, за исключением Александра, сделавшего карьеру в Министерстве финансов, приняли активное участие в революционной борьбе. Вячеслав Рудольфович в 1917 году стал первым советским наркомом финансов, а после смерти Дзержинского в 1926 году возглавил ОГПУ и находился на этом посту до 1934 года. Людмила Рудольфовна, педагог по образованию, работала в 1899 году вместе с Н.К.Крупской в Смоленской воскресной школе, приняла активное участие в событиях первой русской революции, в частности вместе с сестрой Верой Рудольфовной организовала общегородской митинг учителей 14 октября 1905 года, на котором было принято решение присоединиться к политической забастовке, начавшейся в столице 11 октября. Вера Рудольфовна Менжинская недолго проработала в Василеостров-ском 12-классном училище. В 1905 году она вступила в партию большевиков и всецело посвятила себя революционной деятельности. В ноябре 1917 года вместе с сестрой она вошла в состав коллегии Наркомпроса и участвовала в выработке проекта основных принципов единой трудовой школы. С 1929 года Вера Рудольфовна — руководитель Государственных курсов заочного обучения иностранным языкам.

В дореволюционной жизни школы было много запоминающихся событий. Постоянно проявляющийся интерес к выстроенному училищному зданию вызывал, особенно в первое время после открытия училища, беспрерывные посещения его многими высокопоставленными лицами. 26 октября 1897 года училище лично и подробно осмотрел министр народного просвещения граф И.Д.Делянов и остался весьма доволен как самим зданием, так и внутренним порядком. 9 ноября того же года происходило торжественное освящение домовой церкви. Богослужение совершал епископ Иоанн в присутствии многочисленных именитых гостей. В этот день для детей было устроено на одном из этажей угощение. В торжествах принял участие и ученический хор, исполнивший гимн Российской империи. Дважды в помещении училища публично отмечались юбилеи его отца-основателя и попечителя М.М.Стасюлевича — 16 ноября 1897 года и 20 февраля 1900 года.

В 1903 году, когда Петербург торжественно отмечал свое 200-летие, для детей был устроен настоящий праздник. В дни с 19 по 21 мая были организованы путешествия детей на пароходах в Петергоф. Учащиеся отправлялись из Петербурга в 9 часов утра и возвращались около 8 часов вечера, проведя в увеселениях на свежем воздухе весь день. Во время этих прогулок дети бесплатно обеспечивались питанием. Согласно предписанию Комиссии по народному образованию (этот документ сохранился в училищном архиве за 1903 г.) «детям должно быть выдано: а) по 2 круто сваренных яйца, очищенных и разрезанных; б) по 0,5 фунта ситного и 0,5 фунта черного хлеба; в) кусок жареного мяса по расчету — один фунт мякоти на 6 человек; г) по 1/4 фунта (в коробках) карамели; д) по бутылке хлебного кваса». (Фунт был равен 409,5 г.) В этом юбилейном 1903 году всем детям, окончившим курс, по постановлению Городской думы, помимо свидетельства, выдавались бесплатно две книги: «Путеводитель по Санкт-Петербургу» и составленный А.Авсеенко сборник «200 лет Санкт-Петербургу».

Но в памяти учеников отложились не только радостные события. С началом первой мировой войны благополучное развитие школы надолго прерывается. Лето 1914 года было весьма насыщенным и напряженным для училищного дома имени императрицы Екатерины II. 25 мая занятия прекратились. Часть детей, признанных школьным врачом «малокровными», то есть истощенными, была направлена в летние санаторные колонии. Для детей, оставшихся на лето в городе, были организованы в специальных пунктах ежедневные подвижные игры и физические упражнения под руководством учительниц и под общим надзором врача. Само же здание школы в летний период активно использовалось для размещения детских туристических групп, прибывавших на каникулы в столицу из разных уголков империи. С 5 по 10 июня гостили 30 учениц из Лифляндии, с 10 по 16 июля — 27 учеников с двумя руководителями из Хорптского центрального училища Екаринославской губернии; их сменила группа из 30 учениц Новоузенской женской гимназии Самарской губернии. Последней должна была прибыть группа учениц из Армяно-Базарской женской гимназии Таврической губернии, но она не приехала. После убийства в Сараево наследника австрийского престола эрцгерцога Фердинанда (15 июня) международная обстановка стремительно накалялась. 15 июля Австро-Венгрия объявила войну Сербии, Россия 18 июля начала всеобщую мобилизацию; на следующий день Германия заявила о состоянии войны с Россией. Так началась первая мировая война. В Петербурге, переименованном на восемнадцатый день войны в Петроград, усиливались антигерманские настроения. Уже в августе по распоряжению министерства из школ начали отчислять детей немецких и австро-венгерских подданных, затем такая участь постигла и лиц чешской и турецкой национальностей.

Школу на 7-й линии эти гонения мало коснулись, ведь в ней учились в основном дети из православных русских семей. Но война все же вносит в жизнь школы существенные перемены. С началом мобилизации в ее здании размещается 53-й сборный мобилизационный пункт. Его краткое пребывание (с 26 июля по 19 сентября) обошлось Городской управе в копеечку. Заведующий пунктом подпоручик Н.Иванов, составляя акт о сдаче помещения уполномоченному от Городской управы, среди повреждений, произведенных запасными нижними чинами, перечислил сломанную мебель, 16 термометров, разбитых почти во всех окнах второго и третьего этажей, разбитые стекла, как в классах, так и во входных дверях. После эвакуации мобилизационного пункта в здании школы был размещен лазарет. В силу всех этих обстоятельств школа не смогла начать новый учебный год в своем родном помещении. По решению Городской управы она была переведена в здание 14-й городской школы (12 линия, 13). Переезд затянулся до 26 сентября, и занятия начались позже обычного. В годы войны, находясь в чужом помещении, школа пережила трудные времена. Многое дезорганизовывало школьную жизнь: острая нехватка учебников и учебных пособий, запущенность школьных помещений, недостаток учителей, низкий уровень оплаты их труда и т.п.

Февральская революция 1917 года не привела к каким-либо кардинальным переменам в деле народного образования. В среде учителей наблюдался идейный разброд и растерянность. Двадцатирублевая прибавка в месяц, которую учителя стали получать по решению Временного правительства, не спасала от голодания в условиях инфляции и дефицита продуктов. Учителя больше думали о своем пропитании, нежели о школе. Учебный год в сентябре 1917 года был начат очень неорганизованно.

Последний список учителей Василеостровского 12-классного училища, сохранившийся в архивах дореволюционного периода, датируется 20 мая 1915 года: А.М. Манакина, Н.И. Погореловская, А.М. Серкова, К.Г. Макосей-Шибинская, Н.А. Хохрякова, О.С. Иванова, Н.Н. Третилова, М.В. Семека, А.М. Тутышкина, Л.Н. Тугаринова, Л.Н. Барсукова, М.В. Макосей-Шибинская.

Коренные преобразования в области народного просвещения начались в результате Октябрьских событий 1917 года. Во второй половине ноября 1917 года начал функционировать Народный комиссариат по просвещению, возглавленный А В.Луначарским. Общее же руководство народным образованием осуществлялось Государственной комиссией по просвещению. Новая власть активно пыталась привлечь на свою сторону старые учительские кадры. В декабре 1917-го Государственная комиссия вынесла постановление об увеличении жалования народным учителям. Им был установлен ежегодный оклад в 1500 рублей при бесплатной квартире, отоплении, освещении; тогда же было выдано учителям по 100 рублей за ноябрь и декабрь 1917 года. Но диалога советских органов власти с учительством не получилось. Проект устава школы, вышедший из недр Наркомпроса, практически не предоставлял ни учителям, ни родителям, ни общественности никаких реальных прав для участия в перестройке школы. Декреты, обязательные для исполнения, сыпались сверху как из рога изобилия. Подавляющее большинство партийных интеллигентов было настроено на решительное разрушение прежней культурной традиции. Первым значительным актом, изменившим жизнь учебных заведений, был Декрет СНК от 20 января 1918 года об отделении церкви от государства и школы от церкви. Должности законоучителей всех вероисповеданий в учебных заведениях упразднялись. Правительственный декрет встретил противодействие со стороны общественности. Во многих школах Петрограда педагогические советы, родительские организации выносили постановления о продолжении преподавания закона божьего. Борясь против этого, власти стали увольнять преподавателей, нарушавших декрет. К марту 1918-го в большинстве школ города преподавание закона божьего было прекращено. В мае 1918-го, несмотря на протесты родителей и ряда учителей, была закрыта и домовая церковь в Василеостровском училищном доме.

Перестройка народного образования первых месяцев советской власти затронула все стороны деятельности школ. Отменялись наказания, отметки, экзамены, вводилась новая орфография, был осуществлен переход к совместному обучению мальчиков и девочек. Школа рассматривалась прежде всего как производительная детская коммуна, в рамках которой предлагалось отказаться от объединения учащихся по классам, от предметной системы преподавания, от обязательности программ. Вокруг этих и других нововведений развернулась ожесточенная борьба. Митинги и демонстрации протеста, а часто и открытый саботаж — такой была реакция большей части учительства. А.В.Луначарский, выступая на I Всероссийском съезде по просвещению 26 августа 1918 года сетовал: «Я обратился к учительству с просьбой, чтобы оно шло к нам на помощь... Ответом на это был самый бешеный саботаж. Мы прекрасно понимали, что могли этих людей заменить другими, но нам нужна была передача дел, передача аппарата, а мы нашли пустые комнаты и залы». Но в Петрограде, в отличие от Москвы, удалось предотвратить угрозу забастовки учителей. 21 ноября 1917 года преподаватели школ Петрограда по решению оппозиционного властям ВУСа (Всероссийского учительского союза) организовали собрание и приняли резолюцию, призывающую всех учителей примкнуть к политической забастовке. От учителей-большевиков на собрании выступала В.Р. Менжинская, убеждая присутству ющих отказаться от принятого решения, и во многом ей это удалось сделать. Забастовка, объявленная Петроградским учительским союзом, не стала всеобщей. К осени 1918-го наметился перелом в настроениях учительства. Активная работа среди учителей пропагандистов-наркомпросовцев и близких к ним педагогов, заботы правительства об экономических нуждах учителей подготовили почву для сближения их с советской властью. Преодолевались и некоторые крайности в реорганизации школьной системы.

Но в целом победу одержали сторонники пролеткультовских взглядов, а точнее — идей прагматической педагогики и теории свободного воспитания (гипертрофированное представление о роли труда в воспитании, неправильное понимание соотношения труда и основ наук в обучении, отмена домашних заданий и пр.). Все это было закреплено в опубликованных в октябре 1918 года «Положении о единой трудовой школе» и «Основных принципах единой трудовой школы», которые надолго (до 1934 года) определили основные направления и методическое развитие школьного образования в стране. В 1920 году был опубликован первый учебный план советской школы. Разрабатывались и вводились учебные программы.

Происходящие перемены, разумеется, затронули и Василеостровское 12-класс-ное городское начальное училище. В первые годы советской власти оно, преобразованное в единую трудовую школу, пережило многочисленные реорганизации и неоднократно переименовывалось. После Февральской революции оно продолжало называться Василеостровским смешанным городским училищем, затем школа получила № 27, с декабря 1920-го была переименована в школу № 20, а с 20 октября 1922 года (и надолго — до 1933 года) стала школой № 209. В свое родное здание после эвакуации из него госпиталя школа вернулась в январе 1918 года. Рассказ об этом сохранился в воспоминаниях Антонины Михайловны Серковой, первого советского директора школы. А начинала Антонина Михайловна свою педагогическую деятельность еще в Василеостровском 12-классном городском начальном училище в 1906 году. В годы ее директорства школа на 7-й линии, теперь уже как советская единая трудовая, увеличила срок обучения до пяти лет, перестав быть начальной. Вместе с A.M. Серковой в школе продолжали трудиться многие из ее дореволюционных коллег: Л.Н. Тугаринова, К.Г. Макосей-Шибинская, Н.А. Хохрякова, А.М. Тутышкина. В 1923 году А.М. Серкову на посту директора сменил Зенон Леопольдович Мышинский, опытный педагог, математик по образованию. Антонина Михайловна же продолжала преподавать русский язык и литературу в родной школе до 1959 года. При З.Л. Мышинском школа продолжала развиваться и пережила в первой половине 1930-х годов еще одну полосу школьного реформирования.

Форсированное строительство основ социализма в 1930-е годы сопровождалось повышением требований к советской школе как к основному звену культурных преобразований. Коренной же недостаток единой трудовой школы заключался в том, что обучение в ней не давало достаточного объема общеобразовательных знаний и в недостаточной степени разрешало задачу подготовки для техникумов и для высшей школы грамотных учащихся, хорошо владеющих основами наук. Весьма сложной и запутанной была и сама система школьных учебных заведений. К 1934 году в стране существовали различные типы школ: начальные, средние, ФЗС (фабрично-заводские семилетки), ФЗД (фабрично-заводские девятилетки), ШКМ (школы крестьянской молодежи) и пр. И классы в этих школах назывались по-разному: и группой, и годом обучения, и собственно классом. В школьных учебных заведениях отсутствовал твердый режим, хромала и школьная дисциплина. В начале 30-х годов правительство наметило ряд конкретных мер по реформированию школьной системы. Так, ставилась задача приступить начиная с 1932/33 учебного года к реорганизации семилетней школы в десятилетнюю, а с начала 1933 года вводились новые, объявленные Наркомпросом стабильными учебные программы, построенные по предметному принципу. Осуждался лабораторно-бригадный метод обучения, подчеркивалось, что основной формой организации учебной работы в школе является урок. В целях установления четкой организационной структуры и порядка в школе Совнарком и ЦК ВКП(б) приняли постановление от 15 мая 1934 года «О структуре начальной и средней школы», которым ликвидировалась организационная путаница и устанавливались общие для всей страны типы общеобразовательной школы: начальная, неполная средняя и средняя школа. Указанные типы школ просуществовали до следующей полосы школьного реформирования, начавшейся в 1958 году.

209-я единая трудовая школа, традиционно обладая сильным педагогическим коллективом, в своем развитии опережала многие ленинградские школы. Уже в 1928 году она из семилетки была преобразована в девятилетку. В 1933 году ей был присвоен новый номер — №7, а с 1937 года она была уже десятилетней школой. Зенон Леопольдович Мышинский, много сделавший для развития школы в этот сложный для нее период реформирования, умер перед самой войной, в сентябре 1940 года. Последний предвоенный учебный год школа начнет как десятилетняя средняя школа № 26 с 28 классами, в которых обучалось 1084 человека (более крупными на Васильевском острове были лишь две школы — 23-я и 25-я).

В годы Великой Отечественной войны школа второй раз в своей истории покинула родное здание. Весной 1942-го, когда занятия в школе прекратились, ее помещения были переоборудованы под госпиталь, который находился здесь до весны 1944-го. А школа переехала в здание техникума на 10-ю линию, 37 (сегодня в этом здании размещается Василеостровское районное управление по образованию и культуре). Она была одной из трех школ на Васильевском острове, которые не прекращали занятий даже в страшную первую блокадную зиму. Осенью 1943-го было введено раздельное обучение мальчиков и девочек и 26-я стала мужской средней школой, девочки же были переведены в 33-ю, теперь уже женскую, школу (12-я линия, 39). В настоящем сборнике много ярких страниц воспоминаний тех, кто учился или преподавал в эти трудные и героические военные годы.

Вернувшись в родное здание летом 1944-го, школа еще 11 лет продолжала оставаться мужской. В 1943 она получила современный свой номер — №30 — и более его уже не меняла. Послевоенное десятилетие было очень плодотворным для «тридцатки». Из года в год улучшала она качество педагогической работы, уровень обучения и воспитания своих учеников. Достаточно сказать, что только за 1949-1954 годы среди выпускников школы насчитывалось 63 медалиста (!), хотя в 1949 и 1950 годах было лишь по одному выпускному классу. Особенно «урожайным» был выпуск 1953 года. Так, в 10-а (классный руководитель Я.Л. Грузец) почти каждый четвертый выпускник был удостоен золотой или серебряной медалей. В школе (ее директором был тогда Сергей Павлович Дернов) работали в те годы замечательные учителя. Рядом с молодыми трудились педагоги-ветераны, такие, как преподаватель русского языка и литературы Антонина Михайловна Серкова, учитель начальных классов Александра Григорьевна Амосова и проработавшие по 25-30 лет в школе учитель химии Нина Дмитриевна Кукушкина, математик Александра Ивановна Сергунина, физик Владимир Яковлевич Клер, преподаватель литературы Варвара Александровна Захарова, преподаватель физкультуры Конкордий Иннокентьевич Гольдберг и другие. Высокой оценкой труда 30-й школы и ее педагогов было награждение 3 ноября 1953 года четырех ее учителей орденами и медалями СССР.

В 1955 году в школах было восстановлено совместное обучение, а в конце 50-х они были втянуты в новую полосу школьного реформирования. В соответствии с законом «Об укреплении связи школы с жизнью и о дальнейшем развитии системы народного образования в СССР» в стране началась политехнизация средней общеобразовательной школы. Эта реформа была призвана снять возникшее противоречие между всеобщим стремлением к высшему образованию и потребностями экстенсивной экономики в новых рабочих руках. В 1961 году, как и большинство средних школ города, «тридцатка» преобразуется в 11-летнюю трудовую политехническую школу с производственным обучением. Итог реформы оказался малоутешительным. Стало очевидным, что средняя школа не годится в качестве основного источника пополнения предприятий и строек квалифицированными кадрами. Общий уровень подготовки учащихся понизился, падал интерес к гуманитарным предметам, производственное обучение строилось вне органической связи с изучением основ наук, без учета способностей и желания учащихся в приобретении той или иной специальности, а также без учета потребности общества в работниках определенных профессий. С осени 1964 года «политехнический профиль» в школах был отменен, а со следующего года они вновь стали общеобразовательными десятилетками.

Из сборника статей на 100-летие 30ки

Используя этот сайт, вы соглашаетесь с тем, что мы используем файлы cookie.